Сашка зажигал в церкви свечи, тушил пальцами огарки и даже иногда, обходя верующих с блюдцем, собирал медяки.
Всем классом мы объявили Сашке бойкот, мы нарисовали его в стенной газете "Червоный школяр", мы даже просили Лазарева; чтобы этого поповского прихвостня убрали от нас в другую группу.
Один только Котька Григоренко в те дни разговаривал с Бобырем, - они стали вдруг закадычными друзьями.
Вместе ходили домой и сидели на одной парте.
Не знаю, сколько бы еще прислуживал Сашка архиерею, возможно, вышел бы из него дьякон или самый настоящий поп, как неожиданно из Киева возвратился старший брат Бобыря, комсомолец из ячейки печатников, Анатолий Бобырь.
Три месяца учился Анатолий на курсах в Киеве и, вернувшись, стал агитировать Сашку, чтобы тот бросил своего архиерея.
Агитировал он его хорошо, потому что дня через два после приезда брата Сашка перестал ходить в Троицкую церковь.
|
|
|
